Предводитель золотых соболей

Как сложилась судьба иркутского ученого Виталия Дорогостайского
Белый домик Владимира Мыльникова, где жили Дорогостайские (от ул. Красного Восстания в сторону протоки).
Белый домик Владимира Мыльникова, где жили Дорогостайские (от ул. Красного Восстания в сторону протоки).

Виталий Чеславович Дорогостайский.
Виталий Чеславович Дорогостайский.

Виталий Дорогостайский родился в Тулуне 16 сентября 1879 года в дворянской семье. Отец его был польским ссыльным, а мать — дочерью местного чиновника. Они смогли дать сыну образование, в 1898 году Виталий Чеславович окончил Иркутскую мужскую гимназию. Высшее образование получил в Московском университете (одновременно прошел курс рисунка в Строгановском художественном училище). Там ему прочили блестящую карьеру ученого-зоолога, но от скудности средств юноша вынужденно вернулся в Иркутск, где стал преподавать…

Увлеченный человек

Как и большинство талантливых ученых, Дорогостайский был увлекающимся человеком. Читаем в летописи: «6 июля 1903 года за Сенюшкиной горой (да-да, эта местность тогда называлась именно так. — Прим. авт.) Общество сибирских охотников устроило стрельбы «по тарелочкам». Из 36 участников 1-й приз — винтовка Зауэра «Тэль» — присуждена Ясиновскому, 2-й приз — револьвер «Браунинг» — вручен Родионову, 3-й приз — серебряную чарку с надписью — получил Дорогостайский».

Так, увлечение оружием и охотой связало богатого предпринимателя Ясиновского, купца и энтомолога Родионова, зоолога Дорогостайского и организатора соревнований Яковлева (в предыдущем выпуске газеты мы рассказывали об этом купце, обладателе первого автомобиля в Иркутске; вторым, кстати, стал Родионов, а позже не избежал этой страсти и наш герой).

19 мая 1907 года Иркутск проводил научную экспедицию: Дорогостайского, Михеева, Попова и десять казаков с навьюченными лошадьми. А 18 июля 1910 года в Восточно-Сибирском отделении Императорского Русского географического общества руководитель доложил о восхождении на вершину Мунку-Сардык и посещении Северо-Западной Монголии...

Еще иркутяне обменивались восторженными впечатлениями от доклада, а поезд уже уносил Дорогостайского в столицу: Академия наук в составе экспедиции командировала его в Африку...

29 марта 1916 года при Академии наук была создана Комиссия по изучению Байкала, руководство ею поручили Дорогостайскому. 13 мая он выехал в Лиственничное: на тамошней верфи по его проекту и чертежам строился моторный парусник «Чайка» — первое научно-исследовательское судно на Байкале. Примечательно, что 16 000 рублей на это пожертвовал иркутский миллионер Н.А.Второв и еще две — государь Николай II.

Начало новой эпохи

А в это время Европу заливала солдатская кровь, в России назревали беспорядки, и где-то впереди маячил призрак Гражданской войны, которая губительным крылом коснулась и семьи Дорогостайских. В этом же году у них родилась Женя...

В 1917 г. Дорогостайский пере­ехал в Омск: он был избран адъюнкт-профессором по кафедре анатомии позвоночных животных только что открытого сельскохозяйственного института. Через год Министерство земледелия Временного Сибирского (Колчаковского) правительства пригласило ученого на должность управляющего отделом рыболовства и охоты без отрыва от преподавания. Вскоре в сельхозинституте Дорогостайский организовал кафедру ихтиологии и гидробиологии.

Тут он получил известие: его детище — биостанция в деревне Большие Коты на Байкале — разграблено, а любимая «Чайка» вместо научных приборов вооружена пулеметами. Но как гражданскому лицу без полномочий вернуться в Иркутск? Генерал Белой армии Сумароков предложил записаться добровольцем в отряд конных разведчиков. С военным эшелоном Дорогостайский прибыл в Иркутск. Здесь ему сказали: да, мы вернем «Чайку» и восстановим биостанцию, но взамен вы, профессор, станете советником при штабе чехословацкого генерала Гайды.

Что ж, за три месяца пребывания на этом посту с обширными полномочиями Дорогостайский побывал на фронте в районе Култука, организовал сбор продовольствия для Белой армии в Тункинской волости, принял участие в обустройстве войск в Верхне­удинске и Троицкосавске, после чего уволился с воинской службы. В 1919 году Дорогостайского пригласили в недавно организованный Иркутский госуниверситет на должность экстраординарного профессора по кафедре зоологии позвоночных — тогда он и создал знаменитый лисий питомник в Больших Котах. Но большевики-чекисты работали не хуже контр­разведки белых: 17 июля 1920 г. особый отдел 5-й Армии арестовал профессора по обвинению в контрреволюционной деятельности. Но, очевидно, вину его нашли незначительной и 26 августа освободили.

8 февраля 1921 года Главпрофобр отклонил ходатайство об утверждении штатов ветеринарного факультета Иркутского университета. Тогда 15 ведущих преподавателей (в том числе и декан факультета Дорогостайский) стали читать лекции бесплатно.

Что такое семье остаться без пайка в лютый голод — сейчас, наверное, поймет не каждый. К сожалению, в 1920—1930-х в работу талантливого ученого не раз вторгались обвинения в контрреволюционной деятельности, «добровольной службе в рядах чехословацких войск по свержению советской власти». В вышедшей в 1929 г. книге «Классовая борьба в сибирских вузах» Дорогостайский характеризовался как «представитель колчаковской профессуры, безнадежно искалеченный предрассудками буржуазного общества». Тогда же он был лишен избирательных прав и, как «лишенец», вместе с семьей остался без продовольственных пайков, в течение полутора лет влача полуголодное существование...

«Зверский случай»

Те испытания еще будут впереди. Но и в 1926 году, несмотря на интенсивную научную деятельность, Виталию Чеславовичу жилось неспокойно и несытно.

15 января 1926 года правление Иркутского университета командировало профессора на два месяца в Японию — для изучения организации зверопитомников и приобретения племенных черно-бурых лисиц для питомника в Больших Котах. А весной следующего года Сибкрайплан поручил ученому серьезную тему: «Пушное звероводство в Сибири».

2 марта он выступил на Первом заседании губернского совещания рыбаков с докладом «О мелиоративных мероприятиях по рыболовству». Потом отправился на Сахалин и в Приморский край, чтобы ознакомиться с работой оленьих питомников.

И в этом же году главная советская газета «Правда» напечатала фельетон Михаила Кольцова-Фридлянда. Авторитет этого журналиста тогда был столь высок, что выводы по его материалам делались скорые и строгие (правда, позже сам он будет расстрелян по обвинению в шпионаже). Но вряд ли москвич приезжал к нам. Скорее всего, он получил отчаянное письмо Дорогостайского и поверил профессору на слово. В фельетоне говорилось:

«…Есть на Байкале, в Котах, в глуши, в горах, в тайге, питомник пушного зверя. Драгоценнейший питомник, равного которому по пальцам перечесть, во всех странах нет. Во всяком случае, по соболям байкальский питомник считается первым в мире.

В Котском питомнике разводят черно-бурых лисиц. Голубых песцов. Золотых соболей. Разводят осторожно, внимательно, трепетно, нежно. Вывели ценнейшие экземпляры этих редких, на большое золото обмениваемых зверей.

Руководит питомником известный профессор Стайский. Сознайтесь, вы до сих пор ничего не слышали о Котском питомнике, если только не живали на Байкале. А известен этот питомник во многих странах, в Европе, в Америке.

Одна из германских рабочих делегаций, попав в Сибирь, специально заинтересовалась Котами, съездила туда, наблюдала великолепных зверьков, любовалась знаменитым Уркой — ручным соболем, наплодившим в Котах уже целое поколение совершенно ручных соболей.

В питомнике профессор Стайский производил интересные опыты. Скрещивал красную лисицу с черно-бурой. Разводил пятнистых оленей. Отдался этому делу с головой, потратил на него десять лет своей жизни. В голодные двадцать первый, двадцать второй годы сам недоедал, но уберег зверей от лишений.

Наступили хорошие времена. Жатва засеянного многолетнего труда должна взойти. Питомник готов стать центром для снабжения других советских питомников, для вывоза своей живой валюты в обмен на валюту золотую. Уже посыпался град телеграмм с заграничными запросами. Уже из Канады поступают настойчивые повторные предложения купить котских зверей за любую цену.

И тогда…

И тогда, именно в этот самый момент, питомник подвергается полной блокаде со стороны опекающих его учреждений.

Сибирское земельное управление, за которым числится питомник, не только не посылает ему денег — оно оставляет без ответа все отчаянные запросы с Байкала. Когда заведующий питомником дорвался до начальства, стал чуть ли не на коленях выпрашивать деньги на кормежку зверей и свою собственную, он получил поистине римский ответ: «Продайте питомник и получите сами себе зарплату».

В Сибири шуток не понимают.

Заведующий питомником взял да и продал его всерьез. От Сибзема все дело со зверями перешло к Иркутскому университету. Легче от этого не стало. Полученные от университета пятьсот рублей исчезли, как мечта. А больше… больше в университете денег не нашлось.

Профессор Стайский не в силах был смотреть, как голодали звери. Он, частное лицо, скормил четвероногим государственным пенсионерам личных своих четыреста рублей. Пожалуй, надо привлечь Стайского за превышение власти. Как это он, такой-сякой, смеет нелегально кормить казенных животных на свои деньги!

Жена заведующего, бросив все, стала ходить каждый день рыбачить и улов делила между семьей и песцами. Такого снабжения оказалось мало. Звери прибегли тогда к древнему, но надежному способу пропитания. Они стали поедать друг друга. И в первую очередь задрали знаменитого соболя Урку, того самого, из которого мы только собирались доить валюту, того самого Урку, которым любовались иностранцы.

Не стало лучших экземпляров лисиц, соболей, песцов. Не стало и не стало! Кому какое дело?

Университет и биолого-географический институт бомбардировали Москву, Главнауку. И слышали в ответ великолепное молчание. А нужно было на спасение питомника меньше десятка тысяч рублей. Приблизительно столько, сколько уходит у нас иногда на две хорошие удобные, интересные… и бесцельные командировки».

Печальный юбилей

29 октября 1934 года профессор Виталий Дорогостайский получил приветствие:

«Восточно-Сибирский краевой исполнительный комитет поздравляет Вас с 30-летием Вашей плодотворной научной и педагогической деятельности. Своей творческой научно-исследовательской работой Вы внесли ценный вклад в сокровищницу советской науки. Своим организаторским талантом Вы помогали укреплению государственного университета и выращиванию кадров молодых советских ученых. Желаем Вам бодрости и здоровья. Надеемся, что Вы еще долгие годы будете трудиться в рядах научных работников нашей социалистической Родины».

В 1935 году решением Высшего аттестационного комитета Наркомпроса Дорогостайскому присвоили ученую степень доктора биологических наук — без защиты диссертации. К этому времени он стал одним из основоположников нового научного направления — байкаловедения. Им было написано более 50 научных трудов, открыто 32 вида гаммарид (рачков), шесть видов мошки (гнуса), а также по одному виду: рыб (озеро Косогол), лисиц (Забайкалье), грызунов, горного барана (Яблоновый хребет), несколько видов растений и водорослей...

Тогда же исполком премировал профессора автомобилем (необходимую сумму собрал университет). Скорее всего, это был первый отечественный легковой ГАЗ-А, который, увы, юбиляру не достался: при поступлении с завода его забрал себе один из высших партийных руководителей крайкома. Кто именно — установить можно, если поискать в архивах новейшей истории Иркутской области, но вряд ли это теперь имеет значение.

Интересно другое. Страстный охотник (а еще, как ни странно, технарь-самоучка) Дорогостайский собственноручно собрал мотоциклет. Старожил Иркутска Борис Демьянович рассказывал мне, с каким грохотом Виталий Чеславович и его друг Владимир Иванович Мыльников проносились по улицам — за город, на охоту.

Еще Борис Алексеевич вспоминал, как его отец дружил с Дорогостайским, а сам он мальчишкой часто бывал в их доме на Набережной. Боря учился в одном классе с Женей Дорогостайской. Может быть, оттого, что она была старшей дочерью, отец привлекал ее к созданию собственного автомобиля (вглядитесь в редчайший снимок: в мастерской — рабочий перерыв, профессор отдыхает, закинув руки за голову; самоделка уже обрела автомобильные контуры, за рулем сидит Женя — она полуобернулась к фотографу).

В итоге двухместный «Жук» был построен и даже получил номер: 42-05 СИБАВТО. Только и «Жук» недолго возил хозяина. Из-за конфликта с ректором Дорогостайский уехал в Алма-Ату руководить кафедрой зоологии Казахстанского госуниверситета. Там 26 августа 1937 года был арестован и привезен в Иркутск, где ему предъявили обвинение по статье 58 УК РСФСР. А 27 ноября 1938 года по приговору «тройки» профессора расстреляли.

8 октября 1957 г. Военный трибунал ЗабВО ученого полностью оправдал...

P.S. Старшая дочь Дорогостайских — Евгения — стала известным биологом. Вместе с мужем Кронидом Гарновским много лет работала в Кондо-Сосвинском заповеднике Ханты-Мансийского округа, защитила диссертацию «Влияние человека на флору Арктики».

Сын Дмитрий, очевидно, унаследовал от отца техническую жилку: стал авторитетным специалистом в области судостроения — его учебники для вузов (в соавторстве) выдержали не одно издание.

Как сложилась судьба дочери Татьяны и внуков знаменитого ученого — проследить не удалось…

Публикуется впервые.

Катер «Чайка» — первое научно-исследовательское судно на Байкале. На палубе сидят дети (возможно, Женя, Таня и Дима).
Катер «Чайка» — первое научно-исследовательское судно на Байкале. На палубе сидят дети (возможно, Женя, Таня и Дима).
Комментарии

Нажмите "Отправить". В раcкрывшейся форме введите свое имя, нажмите "Войти". Вы представились сайту. Можете представиться через свои аккаунты в соцсетях. После этого пишите комментарий и снова жмите "Отправить" .

Система комментирования SigComments